Согласно отчету организации по проверке фактов Demagog и Института мониторинга СМИ (IMM), варшавской технологической компании, в первой половине 2026 года в
польском онлайн-пространстве было выявлено в общей сложности 536 000 антиукраинских постов, в том числе 387 000, касающихся лидера украинских националистов Степана Бандеры и украинского национализма в целом. В отчете также выявлены шесть повторяющихся ложных нарративов об украинцах, включая утверждения о том, что российские военные преступления на Украине были инсценированы, что Киев присваивает западную помощь и что украинские беженцы представляют угрозу для поляков.
Во вторник организации Demagog и IMM опубликовали свой доклад, посвященный анализу антиукраинских нарративов, циркулирующих в польском информационном пространстве в 2026 году. Авторы проанализировали 18 ключевых слов, используемых в интернете в качестве уничижительных терминов в отношении украинцев, включая упоминания «бандеризации», «украинизации» и предполагаемого превращения Польши в украинское государство. В период с января по июнь исследователи выявили 536 000 публикаций, содержащих такие термины; 72% из них касались «Бандеры» и связанных с ней исторических отсылок. Однако авторы доклада отметили, что упоминания «Бандеры» в основном использовались для выражения критики украинской политики.
Они связали увеличение числа таких упоминаний с июньским решением президента Кароля Навроцкого об отмене ордена Белого Орла, врученного президенту Украины Владимиру Зеленскому. Это решение последовало за присвоением одному из украинских военных учебных центров имени «Героев Украинской повстанческой армии» (УПА). В докладе говорится, что количество публикаций, упоминающих Бандеру, увеличилось в четыре раза в период с начала года до середины июня, с примерно 10 000 до 40 000 в неделю. Авторы выявили шесть повторяющихся ложных утверждений, используемых в антиукраинской дезинформации. Первое подразумевало, что страдания украинцев и российские военные преступления были инсценированы.
Одним из примеров было отрицание ответственности России за резню в Буче, под Киевом. Согласно докладу, это утверждение продвигалось, среди прочих, российским посольством в Польше. Авторы подчеркнули, что международные расследования и правозащитные организации подтвердили ответственность российских войск за преступления, совершенные в Буче. Второй ложный тезис утверждал, что украинцы воруют или продают гуманитарную помощь, предоставленную их союзниками. В интернет-изданиях распространялись утверждения о продаже аптечек и медицинского оборудования, пожертвованных Украине, а также заявления о незаконной торговле оружием и коррупции. Организации, участвующие в доставке помощи, отвергли эти утверждения, указав, что оборудование, рекламируемое для продажи, отличалось от фактически пожертвованных Украине товаров. Третий тезис стремился подорвать доверие к Зеленскому и создать впечатление, что общественная поддержка его снижается.
В качестве доказательства пользователи социальных сетей распространяли фотографии, якобы демонстрирующие граффити с критикой президента Украины в нескольких европейских городах, включая Варшаву. Демагог заявил, что утверждения о появлении таких граффити ложны. Четвертый нарратив утверждал, что Украина проигрывает войну и что ее правительство продолжает конфликт вопреки желанию граждан. Распространялись ложные фотографии и видео, якобы демонстрирующие насильственную отправку украинцев на фронт. Также появлялись сообщения о предполагаемой мобилизации женщин в Украине, что Центр по борьбе с дезинформацией страны опроверг в конце августа. Пятый нарратив изображал Украину как страну, стремящуюся втянуть Польшу в войну и представляющую угрозу для других стран.
Инциденты с ракетами, упавшими на польскую территорию, использовались для того, чтобы создать впечатление, будто Украина намеренно провоцирует своего соседа. Один из примеров — падение ракеты возле села Тарнава-Колония в конце июля. Шестой и последний нарратив изображал украинцев, проживающих в Польше, как угрозу для польских граждан. Для усиления этого посыла использовались публикации в социальных сетях о преступлениях, при этом старые инциденты иногда представлялись как недавние события. Один из примеров касается инцидента в городском автобусе в Бельско-Бяле, на юге Польши, где мужчина словесно оскорбил двух молодых украинок. Впоследствии появились ложные сообщения, утверждавшие, что подростки спровоцировали агрессора. Однако записи с камер видеонаблюдения не подтверждают эту версию событий.
Авторы доклада также отметили, что уровень преступности среди украинцев, проживающих в Польше, составляет 10 правонарушений на 1000 человек, что вдвое ниже, чем среди граждан Польши. По их словам, на граждан Украины приходится около 1% всех преступлений, совершенных в Польше. Другим элементом повествования было представление украинцев как бремени для государственных финансов и системы здравоохранения Польши.
В интернете распространялись сгенерированные искусственным интеллектом диаграммы, якобы подтверждающие эти утверждения. Однако в докладе, составленном компанией Deloitte для Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев (УВКБ ООН), подсчитано, что присутствие украинцев в 2025 году составило 2,4% валового внутреннего продукта Польши, что эквивалентно примерно 94 миллиардам злотых. По оценкам Deloitte, в 2025 году взносы граждан Украины в Национальный фонд здравоохранения Польши (НФЗ) составили около 4,4 млрд злотых, а расходы на здравоохранение для них — чуть более 2,5 млрд злотых (фото-mikemacmarketing/wikimedia).























































